Первый банковский!: «Здесь не так просто что-то купить» - Первый банковский!

Перейти к содержимому

Страница 1 из 1

«Здесь не так просто что-то купить» глава «Фридом Финанс» о KASE Оценка: -----

#1 Пользователь офлайн   eug 

  • Главный специалист
  • Группа: Администрация
  • Сообщений: 20 526
  • Регистрация: 06 Декабрь 06

Отправлено 09 Апрель 2014 - 17:40

«Здесь не так просто что-то купить»

Опубликовано в деловом еженедельнике «КУРСИВъ»


Глава АО «ФридомФинанс» Тимур Турлов рассказал kursiv.kz чего хотят китайские инвесторы от Казахстана, почему брокеры не могут подставить местным инвесторам кредитное плечо, а также поделился своими идеями о том, какие акции стоит покупать в апреле.


Китай против космоса

- Тимур, вы предлагаете инвесторам на внебиржевом рынке акции двух компаний, по которым ожидаются «горячие IPO» – китайского интернет-гиганта Alibaba и компании по космическим путешествиям Элона Маска SpaceX. Какой из них, если бы пришлось выбирать, вы бы отдали предпочтение?

- Я думаю, что это была бы Alibaba. Вопрос в ширине рынка и уникальности компании. Обе компании, безусловно, уникальные, и Space X в случае своего IPO найдет своих покупателей, и найдет их немало среди тех, кто хочет заработать на процессах быстрого изменения нашего мира, на тех доходах, которые могут быть получены в будущем. Но Alibaba - это выбор несколько более консервативный, он для тех, кто хочет заработать на объективном нынешнем росте внутреннего рынка Китая. И сейчас, пожалуй, самая желанная инвестиция для большинства инвесторов, включая меня – это Alibaba. И это чуть ли не единственная точка роста на развивающихся рынках. Сейчас у Китая, так или иначе, есть проблемы с наращиванием экспорта, и «широкий» фондовый рынок стагнирует, в то время, как раскрытие внутреннего рынка потенциально представляет собой глобальный тренд. Население Китая богатеет. Новые китайские миллионеры и миллиардеры, или просто люди, сидящие на зарплатах – все они клиенты Alibaba. Таким образом, эта компания является бенефициаром от очень значительного количества всех торговых сделок в Китае на внутреннем рынке. Половина Китая постоянно что-то покупает или продает на Alibaba, дух коммерции в этом регионе исторически достаточно силен.

- А как насчет непредсказуемого китайского регулятора, который довольно скептически относится к инновациям – недавно были запрещены операции с биткоин (Bitcoin), виртуальными пластиковыми картами, существуют серьезные ограничения по банковской деятельности? Не считаете, что Alibaba будет волатильной акцией?

- И для инвесторов, и для самой компании будет лучше, если Alibaba разместится на американском рынке. Это по-прежнему лучший способ привлечь наибольшее количество денег. Это площадка, где могут покупать все, и любой житель Китая может купить эти акции в Америке. Самой неудачной площадкой была бы Шанхайская фондовая биржа, по сути, исключительно внутренняя китайская фондовая биржа, куда иностранцы вообще зайти не могут. Гонконг был бы неким компромиссным вариантом. Но все-таки они точно не будут размещены на китайской площадке… Акция, безусловно, будет волатильной. И говорить о том, что это будет новый Johnson & Johnson, абсолютно не приходится. Это компания, которая будет зависеть от того, как будет в Китае развиваться внутренний рынок, и как будут реализовываться успехи самой компании. Компания, которой инвесторы дают достаточно большой кредит доверия. Его еще нужно оправдать, и вместе с этим видимо будет меняться ее капитализация. Риск, который создает китайский регулятор, так или иначе модерируем, он не является сумасшедшим и неадекватным. Тот факт, что они биткоины запретили, наверное, с чисто либеральной точки зрения – глупо и неправильно, но с другой стороны биткоин – это инструмент достаточно странный. На неразвитом рынке он превращается в актив, который интересен всем только тем, что он «пузырится». Биткоин сам по себе нужен только тем, кому нужны анонимные расчеты.

- Каков ваш прогноз по росту акций Alibaba после IPO?

- Компания уже не бесплатная и имеет капитализацию в районе $150 млрд. Есть небольшое количество компаний в мире, которые могут похвастать схожими успехами. Однако, учитывая степень интеграции компании во многие процессы, которые происходят в Китае, и взрывные темпы роста его внутреннего рынка, я не удивлюсь, что даже в весьма консервативном прогнозе она имеет шансы стоить в районе $230-250 млрд, давая 60-70% рост в горизонте ближайшего года после IPO, если не произойдет принципиальных изменений на рынке.

«Здесь не так просто что-то купить»

- Вы упоминали, что китайцы со своей стороны заинтересованы в акциях казахстанского финансового сектора. Расскажите подробнее.

- Поскольку мы искали в Китае акции Alibaba, мы встречались с китайскими инвестбанкирами. Они интересуются несколькими вещами: во-первых, если бы в Казахстане существовали какие-то компании по управлению активами, которые имели бы достаточно много клиентских активов в своих портфелях под реальным управлением, то достаточно много китайских компаний за них поконкурировали бы. Много профильных китайских инвесткомпаний хотели бы сейчас покупать в нашем регионе, причем Казахстан не менее интересен, чем Россия. Это первая ключевая мысль, которую мы услышали. Также мы услышали некие тезисы о том, что многие компании и банки из сектора семи самых ликвидных акций KASE слишком дешево оценены сейчас, их акции продаются в прямом смысле по бросовым ценам. Дисконт к капиталу «БанкЦентрКредит» сейчас составляет чуть ли не 70%. Весь банк сейчас стоит $130 млн, при том, что его капитал составляет $0,5 млрд. По мнению всех здравомыслящих инвесторов, это слишком дешево. И даже с оговорками на специфику казахстанского банковского сектора, специфику проблем с активами и капиталами банков, это выглядит слишком дешево.

- Но это не значит, что эти акции обязательно вырастут в цене?

- Нет, это не значит, что следует ожидать роста, вы абсолютно правы. Потому что рост начинается не тогда, когда у общества складывается консенсус, что она дешевая, а когда они начинают это покупать.

- Почему китайские инвесторы не покупают казахстанские бумаги, если у них есть такое желание?

- Вы знаете, это забавно, но здесь еще не так просто что-то купить (смеется). Если у вас будет задача купить на $2 млн бумаг какого-нибудь казахстанского банка – это та конкретная задача, которую я для себя решал, - то окажется, что вы не можете прийти на биржу и, повышая цену, их купить. Вам их просто не продадут, причем цену вы можете повышать зачастую до безобразия. Видимо, это может вызвать рост капитализации банков, но сами акции вырастут на очень маленьких объемах. Биржа - это площадь, на которой встречаются продавец и покупатель. В Казахстане я могу по этой площади гулять с деньгами и никого не встретить. Акционеров тут надо уговаривать продать акции. При этом есть, конечно, ликвидные секторы и на KASE. К примеру, акции «Казтрансойл» можно купить на бирже на те же $2 млн, то есть в масштабах небольших портфельных инвестиций по меркам крупных инвесторов. Но вот по другим акциям, по которым торги не так активны… Это некая специфичность рынка Казахстана, он по-прежнему остался очень переговорным.

- Все это похоже на внебиржевой рынок…

- Да, казахстанский рынок во многом по-прежнему остается внебиржевым. Таким он остается еще потому, что как бы странно это не звучало, здесь есть восточная специфика. Пока рынок находится на низком уровне ликвидности, много сделок становятся переговорными, хотя и проходят на открытых торгах. В принципе, этот рынок существует, и тех же самых держателей банковских акций - их много, они конкурируют между собой – с кем-то из них можно договориться, если не с первым, то с пятым. Но видимо иностранным инвесторам мотивации не хватает преодолевать все эти трудности. Все конечно дешевое, но просто купить, чтобы не тратить свою жизненную энергию, не получается, а тратить ее они, видимо, не готовы. К тому же, в прошлом году банки тоже были дешевыми, в этом году они еще дешевле, и не факт, что эта ситуация как-то изменится в следующем году.

Строим свои «склады» акций на KASE

- Вы уже умеете покупать в Казахстане, неинтересно сводить иностранных и казахстанских инвесторов?

- Очень интересно. Мы действительно можем эту специфику раскрыть и что-то на этом заработать. Просто у меня тоже есть мечта – у меня есть клиенты, и я хочу максимально открытых и прозрачных торгов, хочу, чтобы на торгах принимало участие большое количество участников, было много маркетмейкеров. Сейчас, чтобы купить или продать нужно приложить массу усилий, обойти много трейдеров и дилеров на рынке. Часто в нужный момент необходимых бумаг не оказывается «на складе» по адекватным ценам, и в такие моменты очень хочется уже организовать свой склад и сгладить эти разрывы между игроками – имея свое мнение и свою позицию на рынке, можно будет дать уверенность инвесторам в том, что они всегда смогут продать по адекватной цене. Не стоит бояться того, что наш фондовый рынок немодный. Он такой не только в силу каких-то своих внутренних проблем и недостатков, ключевая проблема лежит вообще за пределами Казахстана: развивающиеся рынки вообще немодные – российский, китайский, индийский. У нас все рынки немодные, кроме американского. Но любой адекватный инвестор все равно пойдет туда, где ему теплее, туда, где лучше конъюнктура, где сейчас выше доходность. И в этом отношении и регулятор, и биржа делают правильные шаги: очень здорово, что на нашей «домашней» бирже можно будет торговать иностранными «голубыми фишками».

- Вам интересно быть маркетмейкером на KASE? Вы ведь можете предлагать клиентам акции с Nasdaq, NYSE…

- Да, но для этого мне нужно, чтобы они заключали договоры с иностранными брокерами. Я не могу для казахстанского АО «Фридомфинанс» привлекать клиентов и предлагать акции на Nasdaq. Вернее, я могу это делать, но мне нужны очень крупные клиенты для этого, потому что инфраструктура получается дорогая. Мне нужно делиться комиссией еще с тремя участниками – это экзекьюшн-брокер в Америке, глобальный и локальный кастодианы. Клиент платит четверым, я хочу, чтобы он платил только мне.

«Я не допускаю и мысль, что начну сокращать свой бизнес с Казахстана»

- Как себя чувствуют российские брокеры на казахстанском рынке? Не собираются ли, набрав пул интересных инвесторов, сокращать сотрудников и закрывать офисы в Казахстане?

- Вы знаете, у больших российских брокеров много больших проблем в России. У них довольно специфическая жизнь, она не такая легкая в последнее время. Российский рынок болтался на уровне 1400 пунктов по индексу РТС с колебанием плюс-минус 15% в последние 5 лет. И на фоне отсутствия роста рынка нет притока внутренних денег, и есть отток иностранных денег. Объем торгов на московской бирже вырос только в 2013 году на фоне либерализации системы гарантийного обеспечения - российская биржа перешла с Т-0 на Т+2, что по крайней мере позволило сделать маркетмейкерство активным, и ликвидность на рынке выросла скорее за счет технических факторов. Все российские брокеры, которые говорят о том, что им неинтересен казахстанский рынок, просто не умеют его готовить. Мне очень интересен этот рынок, мы растем здесь быстрее, чем в России. И хотя мы по-прежнему имеем больший объем продаж и бизнеса в России, я не допускаю и мысль, что начну сокращать свой бизнес с Казахстана.

- Инвесторы были обеспокоены возможными санкциями по отношению к российским брокерам, в связи с ситуацией на Украине. Сразу начали выяснять, кто кастоди – не российский ли банк. Насколько вы защищены от таких рисков?

- Я не мегаэксперт в геополитике, мне сложно говорить, насколько вероятен сейчас иранский сценарий в России. Мне хочется все-таки верить, что такой сценарий маловероятен. Могу сказать, что мой бизнес от этого зависит довольно слабо, потому что российское регулирование, к сожалению, в плане доступа на иностранные рынки тоже не позволяет мне оказывать полный спектр услуг через российскую компанию. Поэтому часто оказывается, что все инвестиции за пределами России делаются не из российских юрисдикций. Поэтому каких-то глобальных рисков нет. Если у мира появится желание заморозить все российские инвестиции, сделанные прямо или косвенно, он их заморозит, наверное. И, наверное, в целом, Россия больше пострадает, нежели США, если США заморозят российские инвестиции в американские активы. Но есть ли возможности для какой-то более глубокой «охоты на ведьм»? Тогда надо заставить всех – в том числе киприотов, и прочих раскрыть конечных бенефициаров, наложить санкции не на юрисдикции, а на конечных бенефициаров этих юрисдикций. Так можно вообще парализовать всю мировую экономику. Вероятность этого я оцениваю как низкую.

«Регулятор готовит что-то легкое?»

- Российский Центробанк предлагает страховать средства на брокерских счетах физических лиц (по примеру фонда гарантирования банковских вкладов). На ваш взгляд, существует ли необходимость применения такой практики в Казахстане, и в какой форме?

- С рациональной точки зрения это делать абсолютно не нужно. Средства казахстанских клиентов и брокеров по большей части вообще не хранятся, и кредитного риска на них не оказывается почти никакого. Если брокер разорится, это будут проблемы исключительно брокера. Брокер даже номинальным держателем ценных бумаг клиента фактически часто не является. Ценные бумаги хранятся в центральном депозитарии на отдельных счетах клиента, брокер не может отвечать по своим обязательствам активами клиента, не может их использовать, он каждый день считает собственный капитал. За всеми нами очень пристально наблюдает Комитет по финансовому надзору. За исключением случаев откровенного воровства, которыми должна заниматься прокуратура, невозможно представить ситуацию, когда брокер мог бы без грубейшего нарушения законодательства залезть в клиентские деньги.

- Почему российский Центробанк выдвигает такую инициативу?

- Потому что в России более либеральное законодательство. В России брокер может кредитовать своих клиентов на покупку ценных бумаг и, теоретически, можно допустить ситуацию, что когда эти бумаги начнут резко обваливаться, и клиенты не смогут рассчитываться с брокером, то брокер не сможет рассчитываться с контрагентами и другими своими клиентами, у которых занимал деньги.

- Насколько я знаю, ваши казахстанские клиенты тоже могут пользоваться кредитным плечом?

- Чисто теоретически клиенты казахстанского брокера могут этим пользоваться. Практически - это невозможно, потому что тех клиентов, которые открыты в казахстанской юрисдикции, по законодательству придется кредитовать акционерным капиталом. Как делается в любой нормальной юрисдикции – в США, Лондоне, России? К примеру, у меня есть собственный капитал, скажем $5 млн, у меня есть клиент, который имеет $10 млн собственных средств, и хочет еще $10 млн у меня занять. В нормальных условиях я прихожу в банк и получаю кредитную линию на эти $10 млн – это мои обязательства, и отдаю клиенту под залог тех ценных бумаг, которые он покупает, - это мои активы. В моем балансе в расчете собственных средств мои активы суммируются с моими обязательствами и сильного давления на акционерный капитал не происходит. И из $5 млн собственных средств, чтобы выполнить требования по резервированию, я зарезервирую, скажем, $500 тыс. В Казахстане брокер не может привлекать чужие деньги, чтобы давать их клиентам. Здесь он должен в момент передачи заемных денег клиенту зарезервировать 100% этой суммы. У меня после выдачи займа клиенту будет собственный капитал минус $5 млн. Сейчас по той методологии, которую использует комитет по финназдору, все деньги выданные клиентам на покупку ценных бумаг, подлежат 100%-ному резервированию. Поэтому в Казахстане клиентов брокер может кредитовать лишь излишками акционерного капитала. То есть у меня регулятор требует $2 млн ликвидного собственного капитала, я должен внести $12 млн, $2 млн я не должен трогать, а остальное могу хоть прогулять, к счастью, никто не мешает мне в Казахстане распоряжаться ими по своему усмотрению. Кстати, кредитование из акционерного капитала будет всегда существенно дороже, нежели заемные деньги банков, которые брокер будет ссужать клиенту с небольшой процентной надбавкой. К тому же, ни один брокер никогда не будет богаче всех своих клиентов вместе взятых. Я могу, конечно, придти в казахстанский банк и взять кредит под честное слово под 18% годовых и выдать вам под 22%. Но для рынка ценных бумаг это не слишком ли много? А в США я все активы, которые вы покупаете, оставляю под обеспечение и получаю деньги гораздо дешевле. Если устранить эту разницу в законодательстве, этот механизм – кредитование клиентов брокерами, заработает. И уже только после этого можно будет говорить о какой-то целесообразности введения страхования средств на брокерских счетах физических лиц. Потому что в текущих условиях это будет налог на доход, который я не получаю, плата за деньги, которыми я не пользуюсь. Я знаю точно, что сейчас регулятор уже делает определенные шаги, готовит определенный механизм и проводит масштабную юридическую подготовку к таким изменениям.

- Что именно готовит регулятор?

- У меня есть некое предположение, что регулятор готовит правила, по которым в расчет пруденциального норматива будут включаться кредиты, предоставленные клиентам. У меня нет прогнозов, когда это будет. Но по определенным косвенным признакам, по тому какие изменения я видел в правилах брокерской деятельности, мы видим, что определенные шаги в этом направлении есть. Регулятор сейчас объективно делает много вещей, направленных на либерализацию рынка. Это очень аккуратные шаги, хотя, может быть зачастую очень осторожные…

«Управляющие откармливают быков»

- «ФридомФинанс» не скрывает, что сейчас ситуация на американских биржах складывается достаточно неприятная, многие акции компаний, за которыми вы активно следите, показывают сильную отрицательную динамику. Почему это происходит и как лучше себя вести инвесторам?

- Рынок все-таки обладает определенной цикличностью, не всегда легко прогнозируемой. Сейчас мы видим существенный провал в технологическом секторе. Это те бумаги, которые были под достаточно серьезным давлением последние месяц-полтора. Глобально консенсус-мнение большинства инвесторов и менеджеров крупных инвестфондов, - буквально позавчера был релиз крупного ежегодного инвесткома управляющих более $1 трлн, - мы безусловно находимся в бычьем рынке, это рынок растущий. Год будет положительным для рынка, он, скорее всего, вырастет более чем на 10%. И вполне возможно, что рост будет выше, чем средний исторический, но будет ниже, чем в прошлом году, когда широкие рынки выросли на 30%. Поэтому при той конъюнктуре, что есть сейчас, с большой долей вероятности можно говорить о том, что рынок, и технологический сектор в частности, имеют потенциал к росту. И говорить о том, что тенденция изменилась окончательно, не приходится. Пока есть все основания предполагать, что это временная коррекция. - Какие три акции посоветуете купить в апреле? - Bank of America на KASE, IBM – это большая красивая история, «Баффет» ее любит, финансовые показатели неплохие, очень взвешенное соотношение с точки зрения цены и прибыли, компания стоит 12,8 своих годовых доходов, это даже немножко ниже, чем в среднем по индексу, компания абсолютно не «пузырится», ее любят инвесторы, есть устойчивый растущий тренд. Ну и третья, наверное, HP. Ее финансы начали сильно поправляться, она вышла на новый ценовой уровень и укрепилась на нем. Три компании, которые я предложил – это спокойный портфель, компании не делают ничего инновационного и не покажут рост на десятки процентов. Но поскольку рынок бычий, как изволили считать управляющие более $1 трлн, и от которых так или иначе зависит рыночная конъюнктура, то эти акции дадут уверенный доход.

- А что-то подобное Tesla по инновационности и темпам роста на рынке ожидается?

- Да, мы сейчас изучаем интересную историю. Есть вероятность, что будет ряд удачных стартапов в области увеличения продолжительности жизни. Тема «а-ля вечная жизнь» будет весьма модной в ближайшие годы. В ряде контор, которые занимаются фармацевтикой, авиценной есть серьезные сдвиги в исследованиях. Это может быть чем-то очень классным. Мы вскоре закончим наше довольно масштабное исследование и сможем назвать нашим клиентам конкретные компании, акции которых стоит покупать.

Автор: Светлана ИСАЕВА
0

Поделиться темой:


Страница 1 из 1


Быстрый ответ